Массовые поджоги в городе: что сообщила полиция?

Ровно четыре недели назад мы опубликовали статью «Покров в огне: кому это выгодно?», где подробно рассмотрели историю поджогов электрощитовых в нашем городе, перечислили основные версии происходящего и попытались предположить, кому это может быть выгодно.  В конце той статьи мы пообещали выяснить, что об этих инцидентах известно полиции. Итак, какой же ответ на наш информационный запрос дали в правоохранительных органах?

Напомним, в своем запросе мы просили сообщить, поступали ли в полицию заявления о поджогах и внесены ли они в Единый реестр досудебных расследований (ЕРДР). Если досудебное расследование ведется, то кто назначен следователем, и как это самое расследование продвигается.

И вот, наконец-то мы получили ответ. Причем нашему главному редактору пришлось лично ехать за ним в полицию. Что-то не очень им хотелось отвечать. Тем не менее, документ у нас. К сожалению, информации в нем немного, но попробуем проанализировать то, что есть.

Прежде всего, бросается в глаза количество поджогов. Как видим, в полицию поступило только 10 заявлений о подобных преступлениях. В то же время, спасатели уже 24 января говорили о 18 случаях, а если добавить последние два возгорания, которые произошли 27 января, то получается 20 инцидентов.

Откуда такие различия? Можно предположить два варианта. Во-первых, полиции могли сообщить не обо всех поджогах. Если смотреть по адресам из ответа, то это дома, где пожары произошли одними из последних – 30 декабря, 24 и 27 января. Получается, в правоохранительные органы обратились только после самого массового поджога, когда за одну ночь было зафиксировано целых семь возгораний. При этом уже 26 декабря сообщалось о 10 случаях поджогов электрощитовых. Но расследование, почему-то, не велось. А второй вариант – в остальных эпизодах полиция не нашла состава преступления. Или не захотела искать, чтобы не вешать на себя заведомо бесперспективное дело.

Но радует то, что досудебное расследование все-таки ведется. Ну, вроде бы. Ведь просьбу рассказать нам и всему городу о его ходе в полиции проигнорировали. В итоге, ответ от правоохранительных органов получился очень похожим на классическую отписку. То есть, вообще ничего не ответить в полиции по закону не могли, но предоставили только возможный минимум информации, на основании которого невозможно составить представление о происходящем.

Да, в своем ответе полицейские ссылаются на часть 1 статьи 222 УПК Украины. Но почитаем эту статью внимательно. Итак, «Відомості досудового розслідування можна розголошувати лише з дозволу слідчого або прокурора і в тому обсязі, в якому вони визнають можливим». То есть, эта статья не накладывает абсолютный запрет на разглашение любой информации, относящейся к расследованию. Да и вы сами регулярно можете увидеть по телевизору полицейских, которые комментируют ход следствия по громким делам. Они что, закон нарушают? Более того, в сети легко находятся научно-практические комментарии к этой статье УПК, где указано, что главные ее цели – это защитить персональные данные участников расследования, а также не допустить побег подозреваемых и уничтожение улик.

Но мы не требовали от полиции ничьих персональных данных, и уж тем более не просили назвать имя подозреваемого. Мы просто хотели узнать, какие меры вообще предпринимаются для поимки злоумышленников. Например, сколько свидетелей опрошено, какие экспертизы проведены. Или, может, в районах наивысшего риска, где произошло больше всего пожаров – вокруг рынка и возле шестой школы, – введены дополнительные патрули. Искренне сомневаемся, что оглашение подобной информации могло как-то помешать ходу расследования. Зато вполне могло успокоить население и дать ему хоть немного веры в полицию. Но, как видите, нам  не пошли навстречу.

Почему? Ну, тут есть две основные версии. Первая – потому что для расследования ничего не делается, следовательно, и рассказывать нечего. Это вполне соотносится с теми предположениями, которые мы делали в прошлой статье. Нельзя отбрасывать и вторую версию – что, несмотря на все громкие заявления и реформы, новая украинская полиция ничем особо не отличается от старой украинской милиции, и так же не любит, когда кто-то пытается узнать, а чем они собственно вообще занимаются? И от таких вещей, как общественный контроль и публичность деятельности, полицейским просто не по себе.

Как бы то ни было, наши юристы уже работают над тем, чтобы вытребовать у полиции больше информации. О результатах их работы мы вам обязательно сообщим. Намного удивительнее другое – за четыре недели со дня публикации статьи в городе не ПРОИЗОШЛО НИ ОДНОГО ПОДЖОГА ЭЛЕКТРОЩИТОВЫХ. Совпадение? Кто знает…

При всем при этом другие пожары в Покрове не прекратились. Все-таки отопительный сезон в городе, где обрезали централизованное отопление – дело рискованное. Горели квартиры, частные дома, даже автомобили. Но вот щитки больше никто не поджигал. Во всяком случае, представители городской власти, Государственной службы по чрезвычайным ситуациям и полиции об этом не сообщали. А последнее упоминание о поджогах прозвучало на оперативке у городского головы 30 января, когда начальник Покровского городского отдела ГСЧС Владимир Стовба рассказал об инцидентах, которые произошли 27 января.

Взяли ли злоумышленники паузу, или решили совсем завязать с этим делом – покажет время. А мы будем внимательно следить за ситуацией, и сообщать вам обо всех изменениях.

comments powered by HyperComments