Олег Колпакчи: «Главное – коммунального коллапса не произошло». Часть 4

Мы завершаем публикацию интервью с директором управляющей компании «Универсал-Сервис ЛТД» Олегом Колпакчи. В трех предыдущих частях он уже рассказал о новых тарифах на обслуживания жилья, о превентивной работе, которую проводят сотрудники фирмы, и о том, почему ему разонравилась идея ОСМД. А в завершение нашего разговора управитель, ответит, кто и почему срезает трубы в подвалах, и зачем вместо одного ЖЭО было создано целых 5 фирм.   

– Вот мы сами и пришли к теме срезки металлоконструкций. Я не знаю, ваши люди это делают, или кто-то другой, но поступали неоднократно сигналы, что кто-то в подвалах демонтирует трубы, в частности, системы центрального отопления.

–  Мы делаем это. Делаем там, где будем менять систему водопровода. Зачищаем место, потому что ее просто негде будет ставить. Но мы не поспеваем за теми, кто хочет поживиться. Там, где режем мы, мы вешаем объявление на двери, что будет проводиться зачистка подвала, а если объявления нет…

– А осталось еще что вырезать? А то такое ощущение, что «все украдено до нас».

– Ну, в моем доме уже металла нет. А мы тут еще и близко не ходили. Главное, украдено что? Вырезали рамки и вырезали вентиля. А остался тот хлам, который уже не металл, а просто ржавчина, завернутая в стекловату. И это надо убрать, чтобы там повесить полиэтилен (пластиковые трубы системы водоснабжения – прим. ред.), в перспективе. Естественно, мы привлекаем на это людей, мы не сами это делаем, это работа такая, дурная, которую наши слесаря не очень хотят делать, да и мы не хотим их туда посылать, исходя из техники безопасности. Все же работать со стекловатой – не самое приятное. Проще нанять кого-то, пусть они этим металлом поживятся, но выгребут этот хлам оттуда, чтобы мы могли работать.

Мы сначала договорились, что они двери в подвалы установят в счет этого металлолома, но потом оказалось, что они на десять домов ставят две двери, В общем, очень сложно…

Коммуникации ведь как рассчитывались: это был пучок труб, где идет все – и водопровод, и тепло, и все остальное. И новую трубу провести можно только в том же месте, ведь это выходы стояков. И если мы начнем это делать, нам будет очень сложно обеспечить правильность работы. А предприниматель сам разбирается, кого он нанимает, как он платит, и как он с техникой безопасности работает. Если мы будем делать это сами, нам эта замена пластиковой трубы обойдётся намного дороже.

«А предприниматель сам разбирается, кого он нанимает, как он платит, и как он с техникой безопасности работает. Если мы будем делать это сами, нам эта замена пластиковой трубы обойдётся намного дороже»

– А кто вообще отвечает за входы в подвалы и на выходы на крыши?

– Надеемся, что будем отвечать мы. Это вообще очень большая проблема…

– Нам жители одного дома жалуются, что двери на крышу открыты, дети туда выходят, а замки кто-то постоянно срезает…

– Не кто-то, а кабельщики. Все три компании, которые ходят друг за другом. Одни попали, закрыли своим замком, за ними вторым нужно попасть, они срезали, закрыли своим… Я сам за руку не ловил, но, со слов людей, если кому-то нужно сделать интернет, а ему говорят «нам нужен доступ на крышу», он берет болгарку, срезает и пускает их туда.

Я уже провел предварительные разговоры с «Датагруп» и «Киевстаром», я их предупредил: ребята, сейчас пока нет возможности с вами заниматься, но вы же договора со мной должны заключить. Мы с вами будем говорить в одном направлении: вы мне даете стратегию развития, когда вы уйдете с крыш.

– В моем доме, например, «Киевстар» еще в прошлом году переделал, теперь идет не по крышам, а по стене, радом с газовой трубой.

Да, оно должно идти по стойкам, оно должно идти под землей, по канализации, и ни на каких крышах (кабелей – прим. ред.) быть не должно. Никто доступ на крышу иметь не должен. Я уже всех предупредил, что с крыш надо уходить, и в следующем году будем очень серьезно этим заниматься.

Я уже всех предупредил, что с крыш надо уходить, и в следующем году будем очень серьезно этим заниматься

– Но нужно же найти такое решение, чтобы потребители не пострадали. Никому не понравится, если из-за вас у них интернет пропадет.

– Есть каналы «Укртелекома», которые он по закону им (провайдерам — прим. ред.) обязан предоставить. Есть возможность идти по коммуникациям теплосети, они в каждый дом заходят. Могут вести кабеля по подвалам, где электрические провода. Могут по фонарным столбам. Но только не по крышам.

Заодно отвечу на вопрос, который вы еще не задали – по домофонам. Из-за того, что мы переделываем сети (освещение подъездов – прим. ред.) на 12 вольт, в одном доме отключился домофон. Впрочем, это проблема той компании, которая установила домофон. Если он требует питания, то они должны решать вопрос с тем, от кого они хотят это питание получить. Но в итоге жители бедные колотятся, а директор той никопольской компании даже не соизволил позвонить. В других домах они просто к квартирам подключаются, там энергопотребление мизерное. А тут, почему-то, большая проблема.

–  С этим ясно. Давайте вернемся к договорам. Насколько я понимаю, договор с Вашей компанией заключен на год.  

Да, это норма закона.

– Будут ли в этот период меняться тариф?

– Ну, пока Кабмин, вроде, не планирует зарплату (минимальную – прим. ред.) до 5 тысяч повышать, только 3700 хотят сделать. Основные затраты управляющей компании – это зарплата и горюче-смазочные материалы (еще электричество, но его потребление мы понизим). Вот от этих двух факторов, в основном, и зависит размер тарифа. Так что, будет подниматься минимальная зарплата и топливо… Хотя у нас тех, кто получает «минималку» нет, так что ее повышение до 3700 нам ничем не грозит.

– Раз уж мы заговорили о зарплатах, сколько получают ваши работники?

– Базовая зарплата в управляющей компании – 4 тысячи гривен (до уплаты налогов, естественно). Зарплату платим чистую, официальную.

– А сколько у Вас людей работает?

100-110. Кто-то увольняется, кто-то приходит.

Кадров хватает?

– Да, мы полностью укомплектованы. Есть вопрос к качеству кадров, но, в принципе, все нормально. Там, где было нужно, мы заменили полностью, где нормально люди работали, они остались. Разве что дворники пока не совсем перестроились под мои требования. Сантехники перестроились, электрики перестроились, абонентская, диспетчерская, бухгалтерская службы работают в том направлении, в котором надо. Да и с дворниками, это скорее не проблема, а текущие вопросы, которые на сегодняшний день решаются, как с любым коллективом. В дворники, ведь какие люди пошли? Не все из них могут выдержать 8-часовой рабочий день. Пока я демонстрирую им качество своей работы – а это своевременная выплата заработной платы и условия труда. Когда они поймут, что это качество незыблемо – я смогу потребовать с них ту работу, которую я хочу с них потребовать.

– Ну да, люди то у вас пуганные, насколько мы знаем, у них там, в ЖЭО, в последние месяцы проблемы были с выплатой зарплат.

– Мое мнение, что ЖЭО, как и любая государственная структура, закостенелая с советских времен, просто спускала деньги в унитаз. Давайте, чтобы закрыть тему, я развею одно заблуждение о тарифе. На самом деле, тариф не был 1,69 грн. Потому что ежегодно ЖЭО получало определенные дотации из местного бюджета. И эти дотации как раз и покрывали ту разницу в тарифе, которую люди не платили. Если вы их переберете, то еще не факт, что наш тариф выше. Да, люди этих денег не видели, поэтому так это не воспринимали. Но эти же деньги могли пойти в другое место? В школы, в спортивные школы, на другие услуги.

«Мое мнение, что ЖЭО, как и любая государственная структура, закостенелая с советских времен, просто спускала деньги в унитаз»

– А сколько человек работало в ЖЭО?

– Приблизительно 230. У них около миллиона только на зарплаты в последнее время шло. Там же как: директор, несколько замов, какие-то энергетики, инженеры главные, инженеры неглавные, начальники отделов, работники отделов, бригадиры, мастера, домоуправы. Такая структура, что я даже не знаю… На самом деле, 90% рабочих мы оттуда забрали. Все что там осталось – это те, кто управляли. Когда меня, например, начали просить, чтобы я бухгалтеров оттуда взял, я спросил: вы свое предприятие до банкротства довели, теперь еще мое хотите? Это мне не надо.

«Когда меня, например, начали просить, чтобы я бухгалтеров оттуда взял, я спросил: вы свое предприятие до банкротства довели, теперь еще мое хотите?»

– А сколько Вы вообще создали обслуживающих предприятий? Вот, есть «Универсал-Сервис», есть расчетный центр, есть что-то еще.

Пять предприятий.

– А зачем так много?

– Чтобы систему управления сделать более эффективной. Эти предприятия имеют очень узкую направленность. Одно занимается исключительно электрикой. Там все электрики и руководитель там инженер-электрик. Второе занимается сантехникой, там все слесаря-сантехники и руководитель у них сантехник. В третьем все дворники. Единый расчетный центр – это абонентская служба. И в таком случае не надо городить структуру. По 20-30 человек предприятия, один директор, и этого хватает. Когда я даю директору в рамках отдельного предприятия определенные полномочия и ответственность, он начинает работать более эффективно, чем он работает подчиненным у меня. Это действительно работает, и эти предприятия начинают потихоньку свое саморазвитие. Мое дело – по большему счету, только их правильно финансировать.

«Когда я даю директору в рамках отдельного предприятия определенные полномочия и ответственность, он начинает работать более эффективно, чем он работает подчиненным у меня. Это действительно работает, и эти предприятия начинают потихоньку свое саморазвитие»

Закон дает право управляющей компании не быть непосредственным исполнителем работ. У нас, на самом деле, больше предприятий-исполнителей работ. Кроме наших предприятий, есть еще по лифтам исполнитель работ (подробнее читайте в первой части интервью – прим. ред.), по строительству привлекли компанию, швы сейчас делают. По дымовентиляционным каналам привлекли никопольского частного предпринимателя. Это профессионалы в своем деле, нам не надо, например, создавать службу печников, когда она в Никополе есть, надежная и устойчивая. То же самое с лифтами. Это очень сильно упрощает роботу, когда нет этой дикой прослойки ответственных лиц. А мы, «Универсал-Сервис ЛТД», обеспечиваем инженерно-техническое сопровождение всего этого хозяйства – обследование домов, выявление дефектов и управление.

Понимаете, в этой работе нет людей универсальных. В ЖЭО пытались сделать из всех универсалов. Чтобы они зимой снег убирали, а летом, допустим, дома штукатурили. Так не бывает. Там, где нет таких работ, где можно человека использовать круглый год, выгоднее нанять со стороны предприятие, которое сделает работу, ты им заплатил – и до свидания. Кажется, что это дороже, но потом считаешь, и понимаешь, что дешевле.

Кстати, все наши предприятия, в отличие от ЖЭО, на едином налоге. И все налоги, которые мы будем платить, пойдут в местный бюджет. 

– Есть что-то, чем бы Вы хотели похвастаться напоследок?

– Да, вроде, уже всем похвастался. Из тех проектов, которые уже идут – 35-й и 36-й микрорайоны закончили с освещением (подъездов – прим. ред.), уже сделали 90 домов, начали за «Марсом» делать. 4 дома поменяли водопровод, процесс будет идти дальше. В 10 домах заменили подвальные двери на металлические.

«Нужно понимать, что первое время как у всех предприятий, которые только строятся, всегда есть что-то, что глючит, не работает, что-то меняется. Но это все текущие вопросы, которые мы решаем»    

На этом мы завершаем публикацию интервью с Олегом Колпакчи. Надеемся, в нем вы нашли ответы хотя бы на часть своих вопросов о работе управляющей компании. Естественно, тема эта настолько обширна, что в одном интервью, даже таком большом, мы не смогли обсудить все ее аспекты. Надеемся, по мере накопления у вас, наши уважаемые читатели, новых вопросов по работе «Универсал-Сервис ЛТД» мы сможем еще не раз задать их ее руководителю.   

Интервью записал Евгений Сичкаренко

comments powered by HyperComments